Алмазы сибирские

Иркутские геологи первыми открыли месторождение драгоценных кристаллов в Якутии

Об открытии якутских алмазов существует много былей и небылиц. До сих пор идут споры о первенстве и не утихают обиды. Написаны сотни статей, опубликованы исторические документы, но по-прежнему точки зрения на эти события не совпадают. Однако тот факт, что к открытию алмазных богатств Сибири имеют прямое отношение иркутские геологи, ни у кого не вызывает сомнений.

Заговор четверых студентов
Весной 1936 года в темном коридоре Иркутского университета на подоконнике второго этажа сидели четверо: дипломник геофака Михаил Одинцов и четверокурсники того же факультета Сергей Соколов, Григорий Файнштейн и Владимир Белов.
— Ну, братцы, через неделю распределение, — произнес Одинцов. — Знаете, куда попрошусь? В поисковую алмазную партию!
— А разве у нас ищут алмазы? — спросил Владимир Белов. — Я помню на лекциях говорили, что алмаз — единственный минерал, которого в нашей стране почти нет. За сто лет нашли всего триста каратов.
— В том-то и дело, что есть у нас алмазы, — сказал Одинцов, — только еще не разведано, где они залегают. Похоже на то, что где-то здесь, между Енисеем и Леной, на Сибирской платформе.
Охотники за драгоценным минералом
В 1933 году Ленинградский геологический институт окончил петрограф Владимир Соболев. Его сразу послали работать на Сибирскую платформу. Владимир прошел маршрутом по Илимпее, левому притоку Нижней Тунгуски, и стал составлять геологическую карту этого района. Затем, чтобы лучше понять Сибирскую платформу, занялся изучением сходных по геологии районов земного шара, о которых в науке уже накопилось много материалов. Поразительно похожей на Сибирскую платформу оказалась древняя горная страна в Южной Африке.
Такое геологическое сходство должно было повторяться и в полезных ископаемых. В первую очередь Соболев, конечно, подумал об алмазах. Ведь Южная Африка, как никакое другое место на земле, связана с богатейшими алмазными месторождениями. Но специалистом по алмазам Соболев не был, поэтому воздержался от поспешных выводов и стал подробней изучать Сибирскую платформу.
Между тем среди геологов-алмазников, совершенно независимо от работы Соболева, все настойчивее стало проявляться стремление искать алмазы в Сибири. Дело в том, что еще в 90-х годах XIX столетия в системе Енисея, на так называемом Енисейском кряже, граничащем с Сибирской платформой, отряд старателей, промывая золотоносные пески, на ручье Мельничном нашел кристалл алмаза. Наверное, это был первый сибирский алмаз.
Сорок лет спустя геолог Александр Буров на реке Пит, протекающей по границе Енисейского кряжа и Сибирской платформы, находит обломок крупного кристалла алмаза. На основе своих работ Буров делает вывод о возможной алмазоносности Сибирской платформы.
Алмазное бюро
Размах поисковых алмазных работ становится все шире и шире. В 1938 году на западном Урале были разведаны небогатые алмазные россыпи. По запасам они были значительно беднее даже австралийских месторождений, добыча их обходилась очень дорого. Но, чтобы иметь собственный независимый алмазный фонд, уральские россыпи пришлось разрабатывать.
Близилась к разгадке и тайна Сибирской платформы. Новые интересные материалы накопились у Владимира Соболева. Он установил, что на Сибирской платформе встречаются так называемые ультраосновные породы — застывшая магма, изверженная в период образования земной коры из самой глубины земных недр. Вывод этот был интересен тем, что такие же породы находили в свое время и на Южно-Африканской платформе и как раз в тех местах, где потом обнаружили алмазные месторождения.
Неутомимо ходил по сибирской тайге с геологическим молотком Александр Буров. Он все больше утверждался в своей мысли о том, что такой богатый "минералогический музей" как Сибирь, не мог не положить на одну из своих полочек алмаз.
Для объединения и координации действий всех экспедиций, занимающихся поисками алмазов, при Государственном комитете по делам геологии создается специальное Алмазное бюро. Это была первая большая организация в СССР, которая начала планомерное наступление на неуловимый минерал, притаившийся в глубинах Сибири.
Новые встречи и расставания
Зимой 1940 года Одинцов и его друзья, уже закаленные в маршрутах опытные геологи, снова собрались в Иркутске. Было решено в течение года закончить все дела в своих старых экспедициях и на следующий полевой сезон просить областное геологическое управление направить всех четверых на работу во вновь создающуюся алмазную разведочную партию.
21 июня 1941 года друзья сидели в иркутском ресторане "Байкал", и Михаил Одинцов докладывал обстановку:
— Берут всех четверых. Выезжаем через неделю на Нижнюю Тунгуску. Условия трудные, места почти не исследованные. Весь район будущих поисков — сплошное белое пятно.
На другой день, в воскресенье, все четверо отправились на рыбалку и там узнали, что началась война.
Прошло пять лет. Война разбросала Одинцова и его товарищей по всему свету. Но как только отгремели победные залпы, друзья снова засобирались в Иркутск. Повзрослевшими, хлебнувшими горя и военных невзгод, возвращались они в родной город. Пришел из армии старшина Белов, приехал из Маньчжурии демобилизованный старший лейтенант Файнштейн. Давняя мечта о поисках таинственного алмаза на Сибирской платформе снова собрала их вместе.
Во время войны поисковые алмазные работы временно прекратили. Силы геологов были брошены на изыскание ископаемых, непосредственно нужных фронту. Но уже в первый послевоенный год Совет Министров СССР проявляет большую заботу о развитии отечественной алмазной промышленности. Всем геологическим управлениям страны дается задание: оценить свою площадь на алмазоносность. Снова тысячи геологов выходят на поиски неуловимого минерала. Создали разведочную экспедицию и в Иркутском областном геологическом управлении.
В 1947 году Тунгусская геологоразведочная алмазная экспедиция была полностью укомплектована. Начальником экспедиции назначили опытного хозяйственника, закоренелого таежника Иннокентия Сафьянникова, главным геологом — Одинцова, начальниками поисковых партий — геологов Белова, Соколова, Файнштейна.
Версия о Тунгусском метеорите
Почему в бассейне Нижней Тунгуски решено было искать алмазы? В архивах Иркутского геологического управления Михаил Одинцов натолкнулся на любопытный документ. Это была довоенная заявка на постановку поисковых алмазных работ в районе фактории Ванавары — на месте падения знаменитого Тунгусского метеорита. Одинцов разыскал автора этой заявки — охотоведа Константина Янковского. Он учился в Ленинградском сельхозинституте, но страсть к таежным скитаниям заставила его наняться простым рабочим в экспедицию известного ученого Кулика, занимавшегося поисками Тунгусского метеорита. Янковский был заядлым медвежатником. Эвенкийской пальмой — широким ножом-секирой — он убил двадцать восемь медведей.
Янковский занимался не только медвежьей охотой. Он вел большую научную работу. Натолкнувшись в одной из книг на упоминание о находке в Пензенском метеорите кристаллов алмаза, он стал искать алмазы в окрестностях Ванавары. "Небесных" алмазов он, правда, возле Ванавары не обнаружил, но нашел в маленьком ручье кристалл, напоминавший алмаз, и на основании этого послал заявку в Иркутск, в геологическое управление.
Отрицательный результат — тоже результат
Ранней весной 1947 года эскадрилья ПО-2 забросила Тунгусскую экспедицию в далекое эвенкийское стойбище Ербогачен. Здесь экспедиция разделилась на три партии. Первую, Ванаварскую, по рекам Большая и Малая Ерема, притокам Нижней Тунгуски, повел Сергей Соколов. Вторую, Чунскую, по реке Чуне, притоку Подкаменной Тунгуски, или, как ее еще называли, Хатанге — Григорий Файнштейн. Третью партию, ушедшую по реке Илимпею, возглавил Владимир Белов. Одинцову было поручено общее геологическое руководство.
На потрепанном ПО-2, пилотируемом таежным летчиком Иннокентием Куницыным, он носился из партии в партию. Начальник экспедиции Сафьянников взял на себя самую трудную часть работы. Он обеспечивал все партии и отряды, разбросанные в тайге на огромной площади, продовольствием, с которым в послевоенные годы было не так-то легко.
Первый год поисков не дал никаких результатов. Не было найдено ни одного алмаза. Да и трудно было рассчитывать на что-либо. У геологов не было ни опыта, ни оборудования, ни методики. Алмазы искали вслепую, на глазок. Тысячи кубометров породы были промыты, но ни в одном шлихе не блеснул геологам неуловимый минерал.
Зимой в Иркутск Тунгусская экспедиция вернулась с пустыми руками. На запрос Москвы о результатах полевого сезона послали лаконичный ответ: "Алмазы не найдены". Такие вести в конце 1947 года приходили в Москву отовсюду: с Украины, с Кавказа, с Кольского полуострова. Десятки тысяч километров были пройдены зря, сотни тысяч рублей потрачены впустую. "Алмазов нет", "алмазы не найдены", "результаты работы отрицательные" — такие ответы копились на столах у руководителей алмазной промышленности.
Продолжение следует
При подготовке материала использован сборник статей "Алмазы и люди", книга Валерия Осипова "Тайна сибирской платформы", а также материалы Интернета

Рубрики:

О проекте

Сайт baikalpress.ru - ваш путеводитель в масс-медиа.На страницах сайта вы можете: прочитать наиболее значимые материалы ведущих газет Иркутской области; быть в курсе самых важных событий; ознакомиться с последними выпусками теленовостей.

RSS